Альтернативное интервью

- Никита Юрьевич, несмотря на разговоры о том, что международное право сейчас умирает, абитуриенты всё чаще и чаще выбирают именно Международно-правовой факультет. Как Вы можете это объяснить?

- Во-первых, на нашем факультете преподаётся не только международное право. Это, прежде всего, факультет, обеспечивающий комплексную юридическую подготовку. А его международная специфика проявляется в трёх компонентах: изучение минимум двух иностранных языков, включая язык профессии; изучение отраслевых дисциплин; углублённое изучение международного частного и публичного права. Если же говорить о том, что международное право сейчас находится в кризисе и проявилось это только сейчас, то это тоже неверно. Не было такой эпохи, по крайней мере в современной истории, когда не находились те, кто ставил под вопрос само существование международного права. Но оно преодолевало эти кризисы, развивалось. И многие явления из нашей, в том числе, бытовой жизни – например, перелёт из одной страны в другую, - могут осуществляться только лишь потому, что международное право действует. 

Если же говорить о причинах, по которым абитуриенты выбирают наш факультет, то эта тенденция исторична. И будущих студентов во многом привлекает та подготовка, которую даёт факультет. Ведь юридическое образование – хороший способ структурировать себя, свои знания и мозги. У нас в обществе есть такое устоявшееся мнение, что если ты окончил юридический факультет, то должен обязательно быть юристом. На практике это не всегда так, и в этом нет ничего плохого. Но мы уверены в одном: ребята, окончившие наш факультет, вне зависимости от выбора своей дальнейшей работы имеют очень хорошую подготовку и структурированное мышление. 

- Я чуть разовью Вашу мысль о том, что, окончив юридический факультет, нужно обязательно работать юристом. Многие уверены, что после такой подготовки большинство идут работать адвокатами. Вот Вы, например, избрали другую стратегию – научную, административную. Почему?

- Я бы сказал, что так сложились обстоятельства. В своё время я поступил в аспирантуру, и дальше всё пошло по этому сценарию. Я честно скажу, что несколько моих однокурсников, имея возможность работать в юридической сфере, также остались работать на факультете и на административных, и на образовательных позициях. Это абсолютно нормально. Окончание юридического факультета даёт возможность работать в самых разных сферах юриспруденции: юридический консалтинг, крупные департаменты различных корпораций, госслужба, адвокатура и, конечно же, университетская стезя. Выбор огромен. И, кстати, развею миф о том, что юристов много. Много людей с юридическим образованием. А действительно толковых юристов не так уж и много, и за них идёт конкурентная борьба. Поэтому задача нашего факультета – подготовить высококлассных специалистов, которых будущей работодатель в короткие сроки сможет адаптировать уже под свои конкретные цели. 

- В сегодняшней игре мы говорили о юристах конца 19-го – начала 20-го веков. Между ними и Вами несколько десятилетий. Понятие «юрист» за это время как-то поменялось?

- Нет. Юридическая профессия является одной из древнейших. Были времена, когда пытались пересмотреть её назначение. Но суть не менялась. Юрист – это тот, кто работает с людьми. Это основная, антропоцентричная сущность нашей профессии. И времена здесь не столь важны. В этом отношении профессия юриста является одной из наиболее исторически стабильных. Поэтому не верьте тем, кто говорит, что цифровой фактор до неузнаваемости меняет нашу профессию это не так. Искусственный интеллект здесь – просто ещё один помощник, как в своё время интернет. 

Никаких цифровых министров не будет. И сам термин «цифровое право», который активно употребляется в медийном пространстве, среди правоведов вызывает больше критических замечаний, чем поддержки. То же самое касается и идеи принятия цифрового кодекса. 

- Вы сказали, что юрист – антропоцентричная профессия. Однако в ходе агона звучало высказывание одного из юристов о том, что за адвокатом стоит человек, а за прокурором – закон. Правильно ли это, на Ваш взгляд?

- Знаете, за прокурором стоит закон, а за законом – всё-таки человек. На самом деле, здесь можно по личностям посмотреть. Если Фёдор Плевако был великолепным адвокатом, то Анатолий Кони был прокурором и судьёй. И вот это высказывание, о котором шла речь, относится именно к тем прокурорам, которые не видят за законом человека. Наверное, именно на это стоит обратить внимание. Обязательно нужно видеть в процессе человека. Вспомните роман Льва Толстого «Воскресение» и процесс над Катюшей Масловой. Вот там её судьба была никому не интересна. Прокурор думал об одном, судья – о другом. Вот в таких ситуациях закон есть, а человека не видно. 

- И заключительный вопрос. У нас в студии в качестве зрителей сейчас находятся школьники, которые стоят перед выбором будущей профессии. Если кто-то из них с утра проснётся с чёткой мыслью о том, что хочет стать юристом, что Вы пожелаете? И на чём посоветуете сосредоточиться?

- Я бы посоветовал одно – максимально расширять свой кругозор. Больше читать, больше рассматривать сюжетные линии. Не ограничиваться гуманитарными направлениями. Любое знание – нужно и важно. Мы никогда не знаем, что в этой жизни нам может пригодиться.